Warning: count(): Parameter must be an array or an object that implements Countable in /home/metanoia/new-metanoia.nichost.ru/docs/templates/met/library/Designer/Content/SingleArticle.php on line 198

Доклад на международной конференции в Петербурге 1-2 октября 2018 г.

         В своем докладе я хочу предложить три идеи, которые, я убежден, могут стать основой курса для духовных школ. Но прежде всего, необходимо сказать, как я пришел к этим идеям.

         В ноябре прошлого года в ОЦАДе состоялась защита моей диссертации на тему «Поиск целостного подхода к химической зависимости: диалог науки, Церкви и общественных движений за трезвость». По результатам исследования подготовлена и отдана в печать монография «Богословие и зависимость: несколько тезисов о целостном подходе к алкоголизму и наркомании». В этой работе я изучаю достижения западной аддиктологии, а также богословское осмысление проблемы у христианских авторов, как православных, так и инославных. Значимой частью моего труда стало изучение опыта римо-католической Церкви. В частности, я обращался к  работе священника Кирилла Горбунова, выполненной под руководством архиеп. Павла Пецци, познакомился с таким интересным сообществом как Каликс, а также изучил деятельность (совместно с уважаемым Евгением Николаевичем Проценко) польских католических реабилитационных центров. Опыт католической Церкви интересен и актуален для нас.

         Все идеи, сформулированные в работе, прошли проверку на практике. Во-первых, 14 лет существует профилактическая программа Метанойя при Даниловом монастыре. Эта программа реализует сотрудничество православной Церкви и медико-психологический институций. На данный момент открыто 4 постоянно действующих группы, работает телефон доверия, есть домовый храм (храм уникальный, поскольку открыт в амбулаторном учреждении), в котором регулярно совершается общая Евхаристия, поет народный хор.

         Во-вторых, важную роль сыграл учебный курс для московского духовенства при Новоспасском монастыре. За 7 лет через обучение прошло более 600 студентов. Курс помог убедиться в справедливости основных тезисов исследования. Например, после обсуждения принципа делегирования, один студент-священник признавался: «Вы сняли груз с моих плеч. Раньше я думал, что как пастырь должен творить чудеса: помогать моим прихожанам исцеляться от алкоголизма и наркомании. Но у меня это плохо получалось. И мне казалось, что у меня мало веры. Вы объяснили мне, что именно должен делать священник, когда он сталкивается с проблемой химической зависимости».

         Вся моя деятельность: практическая и исследовательская – убеждают меня в том, что только совместным усилиями всех христиан, с опорой на достижения медико-психологической науки, применяя холистический опыт трезвеннических движений (и в первую очередь опыт движения «Анонимные алкоголики»), можно оказать действенную помощь страдающим людям. На такой основе должен строиться и курс для будущих священников.

Итак, вот  три идеи для будущего курса:

 

1) Христианское понимание зависимости - это в первую очередь  холистическое понимание зависимости.

Нам чуждо чисто материалистич. понимание болезни: дух, душа и тело, а не просто тело. Любая болезнь, тем более болезнь зависимости, имеет духовную основу. Как говорит владыка Антоний, вспоминая одного из отцов Церкви, «когда мы говорим о грехах плоти, мы говорим не о том, что плоть наша греховна, но о тех грехах, которые наша душа совершает против нашей плоти» (митрополит Антоний Сурожский. Тело, дух, душа: целостность человеческой личности // Московский психотерапевтический журнал, 2002, № 2. С. 120). С этой аксиомой церковной жизни часто не соглашаются медики, утверждая, что существует волшебная таблетка от алкоголизма. Вот почему Церковь выступает против кодирования, гипноза и других манипулятивных практик.

         С другой стороны, нельзя не признать, вся современная аддиктология смотрит на проблему зависимости целостно, холистически. Духовный аспект не только не игнорируется, он ставится во главу угла. Наука старается изучать духовность объективно. Так например, аддиктолог Сандра Шнайдерс рассматривает духовность как стремление к предельной, высшей ценности, которая может быть выявлена в жизни каждого человека на любом этапе его жизни, с феноменом духовности предлагается работать при помощи научных понятий и инструментов.

         Однако научная объективность в оценках феномена духовности может привести и приводит к обезличиванию духовности. Такая как бы объективная духовность - размытая, контртрадиционалистская - конвертируется в различные синкретические учения в духе Нью Эйдж. Многие реабилитационные системы транслируют такое понимание духовности, далекое от христианства. В будущем курсе для священников необходимо раскрыть именно христианские истоки феномена групп самопомощи; показать динамический характер духовности в программе 12 Шагов и т.д. 

  

         Есть еще одна опасность, о которой нельзя не сказать. В церковной среде все еще нередко зависимость трактуют сугубо спиритуалистически. По умолчанию считается, что алкоголик недостаточно погружен в жизнь Церкви и в этом его главная проблема. Ему предлагается обрести трезвость, руководствуясь традиционным аскетическим арсеналом. К сожалению, это работает очень плохо. Биологическую, психологическую и социальную стороны проблемы ни в коем случае нельзя игнорировать.

 

2) Будущему пастырю необходимо усвоить принцип делегирования. По сути - это принцип смирения. Например, хорошая мама, когда не знает, что делать, ищет специалиста для своего ребенка, а мама не очень здоровая решает все проблемы исключительно сама. Делегирование - это здоровый подход к проблеме зависимости в церковной общине. Мы должны быть готовы отпустить зависимого, отдать его в руки специалиста (разумеется, не случайного специалиста!), постоянно поддерживать на пути терапии и помочь ему обрести свое место в общине после прохождения  реабилитации. Профессиональные реабилитационные структуры задействуют для своей работы профессионалов различного профиля. Также и любой живой хороший приход привлекает для своих нужд разных специалистов: юристов, психологов, врачей. Делегирование - это позиция, когда священник сознает границы своей компетенции, когда он знает, куда можно направить зависимого и его родственников. Этому тоже надо учиться. Я считаю, что на настоящий момент лучше всего этот принцип раскрыт в книге греческого православного священника Димитрия Мораитиса "Returning the lost sheep" (издана в США в 2013). Книга посвящена выработке оптимального церковного подхода в служении химически зависимым и их семьям. Отец Димитрий констатирует, что помощь алкоголикам и другим зависимым – это трудное и неблагодарное служение, так как священник имеет дело со срывами, отрицанием зависимого, собственной фрустрацией, вызванной сопротивлением и неверием в победу. К этому добавляется этнокультурная трудность, поскольку во многих народах при наличии зависимости принято поддерживать атмосферу секретности и тайны. Поскольку священник играет ключевую роль в православной общине, он нередко становится именно тем, к кому обращаются за помощью в безвыходной ситуации. Священник, таким образом, оказывается «на передовой», и поэтому вопреки всем трудностям ему необходимо быть готовым к этому служению [там же, 6]. Главным содержательным моментом книги отца Димитрия является обсуждение одного значимого документа[1]. В нем даются общие рекомендации духовным лицам и членам религиозных общин, несущим служение зависимы. Рассмотрим все 12 пунктов этого документа:

Священнику рекомендуется:

"1. Иметь представление об общепринятом определении алкоголизма и наркомании, осознавать, что зависимые подвергаются социальному отвержению.

  1. Иметь представление об основных симптомах алкоголизма и наркомании, о признаках абстиненции, о том, как зависимость влияет на личность и семью, а также об особенностях различных стадий выздоровления.
  2. Осознавать, что возможными признаками болезни могут быть, помимо прочего, конфликты между супругами, насилие в семье (физическое, эмоциональное и вербальное), самоубийства, госпитализация или столкновение с криминальными структурами.
  3. Понимать, что зависимость препятствует религиозному и духовному развитию; уметь эффективно объяснить важность духовности и практической религиозности в выздоровлении, опираясь при этом на священные тексты, предания и ритуалы, принятые в общине верующих.
  4. Осознавать пользу ранней интервенции как для зависимых, так для их семей и детей, вовлеченных в зависимые отношения.
  5. Обладать навыками пастырской работы с зависимыми, а также их семьями и детьми, вовлеченными в зависимые отношения.
  6. Уметь надлежащим образом поддержать зависимых и их семьи, укрепляя в них надежду на выздоровление.
  7. Хорошо представлять себе возможности, которыми обладает община в деле помощи аддиктам и их семьям.
  8. Обладать базовыми знаниями о 12-шаговых сообществах: АА, АН, Ал-Анон, Нар-Анон, Ал-Атин и др.
  9. Уметь применять знания о зависимости, а также ценности и установки выздоровления к самим себе и в собственных семьях.
  10. Уметь создавать и структурировать соответствующую среду для помощи и поддержки зависимых и их семей.
  11. Обладать навыками профилактической работы в отношении социума» [там же, 44–45]".

Я считаю, что этот документ мог бы стать основой для пастырского образования в наших духовных школах.

 

3) Третья идея сформулирована в евангельском присловье: Врачу, исцелися сам. Опыт курса для священников показывает, что немало священнослужителей имеют серьезные проблемы, связанные с болезнью зависимости или же созависимости. Но в силу корпоративных этических норм, им трудно раскрыться перед светским специалистом, тем более, на группах поддержки. У священника ряса как бы стала их кожей. А студенту-семинаристу гораздо проще осознать проблему и начать ее прорабатывать еще в молодости. Курс о зависимости останется невостребованным, если у человека сильно отрицание собственной проблемы. Отдельная проблема: как же помочь семинаристу или священнику, если он в такой помощи нуждается? В городе Гнездно, в Польше, есть государственный реабилитационный центр для священников, страдающих алкоголизмом и наркоманией. Эти пациенты должны присутствовать на общих собраниях и в то же время с ними рабтают специально, так как совершенно ясно, что чувство вины и стыда у священника будет гораздо выше, чем у человека иной профессии. Пьющему священнику трудно признать себя алкоголиком, но если он признает себя алкоголиком, у него может начаться кризис, когда ему станет трудно нести служение священника. Еще в одном польском ребцентре для священников, в Ковалеве, реабилитанты обязаны участвовать в богослужении, совершать исповедь, проповедовать. Для них становится мощным импульсом к выздоровлению осознание того, что прихожане относятся к ним с уважением и с любовью; что  их воспринимают как священнослужителей, которые тоже могут болеть и выздоравливают, а не как отщепенцев или лжецов. Это один из мощнейших терапевтических инструментов.

         Новый курс духовной школе должен быть ориентирован в первую очередь на самого учащегося, чтобы он мог как можно глубже принять себя, свою судьбу, принять свои отношения с Богом и начать их выстраивать на более глубоком уровне.

***

         Я глубоко убежден, что в недалеком будущем в духовных школах появятся курсы с соответствующей тематикой. Скорее всего, учебный комитет просто обяжет специалистов создавать такой курс. Важно, чтобы с самого начала этот курс был церковным, осмысленным, качественным, чтобы в нем были представлены идеи, которые отражали бы действительность, а именно - холистический подход, принцип делегирования и принцип самопознания.

 

 

[1] Документ был принят специализированной комиссией Департамента Здравоохранения США в 2003–2004 гг. [Moraitis, 2013, 44–45].